www.tataroved.ru Карта сайта | О сайте | Контактные данные | Форум | Поиск | Полезные ссылки | Анкета
  выберите язык общения Русский English
 
 
  Поиск:      расширенный поиск

www.tataroved.ru - Воскресенье, 17 декабря 2017, 16:58

Институт истории им. Ш.Марджани АН РТ


Вы находитесь: / Институт истории им. Ш.Марджани АН РТ / Отдел этнологических исследований / Публикации отдела / Габдрахманова Г.Ф. Исторические предпосылки формирования современной социальной структуры поволжских татар:
Институт истории им. Ш.Марджани АН РТ  •  Новости  •  Наука  •  Публикации  •  Мероприятия  •  Татароведение  •  Проекты–online  •  Информация  •  КАЛЕНДАРЬ СОБЫТИЙ
Об Институте истории АН РТ  •  Администрация  •  Отдел новой истории  •  Отдел новейшей истории  •  Отдел этнологических исследований  •  Отдел истории общественной мысли и исламоведения  •  Центр истории и теории национального образования им. Х.Фаезханова  •  Центр исследований Золотой Орды и татарских ханств им. М.А.Усманова  •  Центр иранистики  •  Центр изучения истории и культуры татар-кряшен и нагайбаков  •  Отдел информационных технологий  •  Крымский научный центр  •  Северо-Западный научный центр им. Л.Н. Гумилева  •  Центр этносоциологических исследований  •  Аспирантура Института истории АН РТ  •  Территориальные отделения  •  Архив
Габдрахманова Гульнара Фаатовна  •  Мусина Розалинда Нуриевна  •  Исхаков Дамир Мавлявеевич  •  Халиков Наиль Альфредович  •  Уразманова Рауфа Каримовна  •  Суслова Светлана Владимировна  •  Сагитова Лилия Варисовна  •  Шарифуллина Фарида Лутфулловна  •  Донина Лариса Николаевна  •  Фасхутдинова Луиза Фагимовна  •  Макарова Гузель Ильясовна  •  Махмутов Зуфар Александрович  •  Сагдиева Эльвина Азадовна  •  Публикации отдела
Отдел этнологии Института истории АН РТ. Библиографический справочник  •  Региональная идентичность: социальные детерминанты и конструктивистская деятельность СМИ (на примере Республики Татарстан)  •  Праздники народов России  •  Габдрахманова Г.Ф. Исторические предпосылки формирования современной социальной структуры поволжских татар:  •  Габдрахманова Г.Ф. Миграция в зеркале общественного мнения  •  Габдрахманова Г.Ф. Исламская экономическая модель в России: теоретико-методологические проблемы изучения

 
Логин:    
Пароль:
 
 

  • [ Регистрация ]
  • Габдрахманова Г.Ф. Исторические предпосылки формирования современной социальной структуры поволжских татар:
    к постановке проблемы // Этнорегиональные модели адаптации (постсоветские практики). Редакторы-составители: Л.В.Остапенко, И.А.Субботина; общая редакция М.Н.Губогло. – М., 2008. - С. 207-227.
     

    Габдрахманова Г.Ф. Исторические предпосылки формирования современной социальной структуры поволжских татар: к постановке проблемы // Этнорегиональные модели адаптации (постсоветские практики). Редакторы-составители: Л.В.Остапенко, И.А.Субботина; общая редакция М.Н.Губогло. – М., 2008. - С. 207-227.

     

    Социальное положение народов являлось одной из главных проблем во внутренней политике России. Самодержавие прибегало к силовым или миссионерским методам в отношении к инородцам. Советская власть ставила перед собой более «гуманную» цель - сгладить, и даже выровнять, социальную структуру народов. Однако первые этносоциологические исследования в СССР показали ошибочность таких стремлений: говорить о завершении становления социальной однородности наций было нельзя, а сама политика нередко приводила к усилению состязательных отношений между народами, обострению конкуренции и даже стимулировало межэтнические конфликты .

    Татары относятся к числу наиболее дисперсных народов России. Влияние климатических, политических, поселенческих, ситуационных явлений на жизнедеятельность отдельных групп татар настолько велико, что говорить о единой «татарской» социально-профессиональной и отраслевой структуре достаточно сложно. Поэтому мы ограничим наше внимание поволжскими татарами, и их частью, проживающей в границах современной Республики Татарстан. В отдельных сюжетах приводятся данные по русским и другим народам РТ. Это позволяет показать своеобразие моделей экономического поведения российских народов. В статье используются результаты этносоциологических исследований, материалы государственных переписей, научная литература. Несмотря на разные методы сбора материалов в этих источниках, их анализ в определенной степени дает представления об этнокультурных различиях экономической сферы российского общества.

    Структура российских народов является предметом изучения историков, социологов, этнологов, социально-культурных антропологов. Исследователи считают, что основы современной деловой и экономической культуры народов, вступивших в постиндустриальную эпоху, были заложены преимущественно в политарных обществах (имеющих хотя бы зачатки государственного устройства). С этой позиции база для экономической культуры и структуры российских народов была сформирована на разных исторических этапах. Предки татар Поволжья и Урала имели классовое деление и дифференциацию на городское и сельское население уже в начале X в. Уже тогда основной хозяйственной единицей в возникшем здесь государстве Волжская Булгария являлась поземельная община. Ее члены имели хозяйственную самостоятельность и личную независимость. Земля являлась собственностью общины. В период Казанского ханства принцип коллективизма среди казанских татар получил дальнейшее закрепление. Основную часть зависимого населения составляли ясачные татары, жившие традиционной общинной формой общежития - джиен. Руководство такими объединенными несколькими смежными поселками осуществлялось выборными старшинами. Доходы в виде ясака от крестьян поступали непосредственно в казну хана. Общинники имели право перехода с одного места на другое. Пахотные земли находились в индивидуальном пользовании. Правда эти земли оставались во власти общины, что находило свое выражение в необходимости согласия общины при распределении этой земли, в наличии периодических переделов земель и принудительном севообороте. Леса, пастбища и общественные угодья находись в совместном пользовании. Постепенно стала развиваться частная собственность на землю. Сложная система земельных отношений в Казанском ханстве опиралась на общинную форму землепользования.

    Падение Казанского ханства привело к значительным трансформациям в экономической деятельности татар. Это было связано не только с сознательной политикой самодержавия, ограничивающей доступ татар в города, но и общероссийской ситуацией, повлиявшей на структуру и экономическую культуру российских народов. Преобладание сельчан с соответствующим образом жизни было характерно для хозяйственной жизни России на протяжении многих столетий. Урбанизация в России шла с большим запаздыванием. Так доля занятых в сельском хозяйстве в Европе снизилась до 40% уже к концу XIX века /1/. Освободившееся трудовые ресурсы в европейских государствах смогли пополнить индустриальные группы, влиться в предпринимательский класс. Этой ситуации способствовала потеря возможностей экстенсивного развития сельского хозяйства, а также стремительный рост городов с соответствующей культурой, предполагающей полный разрыв с сельским образом жизни и исполнение технологических, торговых, обслуживающих, управляющих функций. «Развитие городов в России пошло по иному пути. Здесь они так и не смогли противопоставить себя «селу» (в лице крестьян и феодалов), а также государственной власти, представляющей, в первую очередь, интересы феодалов» /2/.

    Несмотря на общий фон складывания социальной структуры в политарной России, имелось и немало специфических этнических черт. На этот счет интересные данные приводит К. Ноак, который провел анализ результатов Первой Всероссийской переписи населения 1897 г. среди поволжских татар /3/. Согласно принятой структуре того периода, разделявшей население по сословиям, поволжские татары имели единообразный состав при наличии ряда особенностей. В европейской части России татары почти не были представлены среди дворян и почетных граждан. Мещан среди них было менее 2%. Большинство относилось к непривилегированному крестьянскому сословию. По этому показателю разница с русскими в регионе достигала 10%. Доля купцов среди татар превышала этот показатель среди русских в Центральном Черноземье и степенных областях. В Нижнем Поволжье процент представителей купечества среди татар и русских был почти одинаков, в других европейских регионах у русских он был выше.

    В отраслевой специализации среди татар в этот период заметнее, чем у русских, доминировал традиционный аграрный сектор (земледелие, скотоводство, пчеловодство, лесное хозяйство и деревообработка, охота, рыболовство). В 19 обследованных губерниях численность татар, занятых в аграрном секторе, в среднем составила 55,5%, а в отдельных регионах достигала 86% (Нижегородская губерния). Медленный рост горожан среди татар привел к устойчивости хозяйственной и поселенческой системы. Это, в свою очередь, привело к выработке психологической привязанности татар к земле.

    Другой явственной сферой занятости татар того периода, по материалам исследователя, являлась торговля. Специализации татар в сфере торговли имеет, помимо фактора культуры, объективные причины. После падения Золотой орды и Казанского ханства среди татар произошло укрепление локальных общин - махалля (в переводе с арабского означает место корня «занимать место, поселяться»). Махалля стала альтернативой вхождения в новый гражданский и хозяйственный строй путем русификации. «Отсутствие четких гарантий сохранения религиозной самобытности, уничтожение административно-управленческого аппарата привели к усилению конфессиональной составляющей в структуре махали, упрочению авторитета и позиций приходского духовенства, развитию элементов самоуправления и самофинансирования» /4/. Махалля являлась жизнеспособным социальным организмом, с собственными общественными институтами /5/. В условиях сознательной замкнутой изоляции татары вынуждены были искать новые ниши экономической деятельности. Земельные ресурсы были исчерпаны. В силу длительного отсутствия объективных возможностей татары не могли работать в промышленности. Поэтому на Средней Волге и Северном Урале доля татар в перерабатывающем секторе была заметно меньше (2,48%), чем русских (9,40%) и всего населения в целом (7,18%). Это было связано с тем, что национально-колониальная политика самодержавия сводилась к сознательному ограничению деятельности татарской буржуазии, устранявшей тем самым конкурента русского промышленного капитала. Поволжье рассматривалось царизмом лишь как рынок сбыта товаров центра России 161. Кроме того, большая часть территорий проживания татар была поздно охвачена железнодорожной сетью, а Среднее Поволжье было отделено от новых магистральных и промышленных центров. В таких условиях татарская буржуазия, не будучи уверенной в завтрашнем дне, не старалась вкладывать деньги в промышленность, а предпочитала торговлю и ростовщичество, где оборот капитала происходит быстрее и можно при необходимости скоро свернуть дело.

    Одним из каналов социальной мобильности является образование. Но грамотность татар до 1905 г. была почти исключительно связана с традиционной исламской системой образования. Русские школы для татар к началу XX в. ничего не значили. Важную роль в этом играла позиция российского самодержавия, которая заключалась в отсутствии поддержки возможностей для интеграции. В средние и высшие учебные заведения татар до революции 1905 г. пускали только в качестве исключения. Благодаря разветвленной системе школьного образования в виде мектебе и медресе, уровень грамотности татар был достаточно высок. По мнению специалистов, он достигал 80%. Высоким образованием отличались женщины-татарки.

    Важной сферой трудовой деятельности для татар стала торговля. Наиболее активные члены махалля стали участвовать в развитии крестьянских промыслов, создавали в уездах на их основе мелкие промышленные предприятия, стараясь закрепиться в новых отраслях. Внешняя деятельность могла реализовываться лишь через торговлю в восточном направлении. Татары участвовали в традиционных торговых путях, созданных еще в период Золотой Орды - Великий шелковый и Великий Волжский пути. Торгующее дворянство (служилые татары) занимались широкой внутренней и внешней торговлей. В 70-80-е гг. XVIII в. 3/4 всего торгового оборота России со странами Средней Азии через Оренбург находилось именно в руках татарских торговцев. Татарам, исповедующим ислам, было намного легче продавать в странах Востока, чем, русским купцам. Как мусульмане они платили торговые пошлины в меньшем объеме, понимали языки, лучше знали нравы и обычаи местных народов. По материалам К. Ноак, за исключением районов компактного расселения татар - Поволжья и Приуралья, доля представителей этого народа в сфере торговли была значительно выше, чем среди русских. В Рязанской, Астраханской и Оренбургской губерниях эта разница достигала 2-3-х раз /7/.

    Локализация татар является достаточно условным понятием, она была связана с разносторонней профессиональной и общественной деятельностью татарской буржуазии. Серьезная концентрация финансовых и материальных ресурсов внутри махалли позволяла решать внутренние социальные проблемы: искоренять нищету, бороться с безграмотностью и болезнями, воспитывать терпимость к пожилым, сиротам и неимущим.

    По мнению P.P. Салихова наиболее активно процесс формирования татарской предпринимательской элиты стал развиваться после принятия Манифеста 17 марта 1775 г. Татарское городское население получило возможность приписаться к новым социальным группам: мещанству и купечеству. Это давало серьезные льготы и открывало хорошие перспективы для коммерческой и промышленной деятельности. Капиталистические отношения у мусульманской части в Поволжье и Приуралье осуществлялись на протяжении всего XIX в. и привели к формированию крупных центров татарского предпринимательства в Казанской, Оренбургской, Саратовской, Симбирской, Рязанской губерниях российской империи /8/. По данным Х.Х. Хасанова, в России действовало 154 татарских Торговых Дома, которые в 1914 г. имели общий основной капитал 4925282 рубля /9/. Безусловно, абсолютная и относительная численность татар была слишком незначительной, чтобы они смогли добиться доминирующей роли в торговле. Между тем, по сравнению с другими автохтонными этносами Среднего Поволжья, Приуралья и степной зоны, структура деятельности этого народа дифференцирована более явственно /10/. В целом такие процессы к началу XX в. привели к формированию в России единой многонациональной российской буржуазии со значительной региональной, этнической, религиозной спецификой /11/.

    Советский этап в России характеризуется сглаживанием особенностей экономического поведения народов. В научной литературе есть достаточно много работ, посвященных анализу советской социетальной системы. Авторы выделяют целый ряд ее черт: доминирование отношений типа «власть-собственник», государственно-монополистический способ производства, административно-плановая система, статусный характер социального неравенства, патернализм государства, подмена экономических стимулов трудовой деятельности политическими и моральными (как связка сознательность - дисциплина - благосостояние /12/), псевдоэкономический институт перераспредели-тельно-уравнительного вознаграждения за труд и т.д. /13/. Народы советского пространства оказались по-разному втянутыми в эту систему. На русских был возложен статус «старшего брата» и носителя индустриальных устремлений страны. Поэтому достижительная установка русских в этот период держалась на идеологическом фундаменте /14/. Среди других народов стала проводиться политика коренизации органов управления во вновь созданных национальных государственных субъектах. «Успехи» были на лицо. В конце 1950-х гг. в ряде автономных республик титульные нации были в той или иной мере шире представлены в сфере государственного управления, нежели местные русские /15/.

    Занятые в индустриальных отраслях стали самой массовой отраслевой группой. Народы, не имевшие опыта работы в промышленности, были вынуждены осваивать новую деятельность. Происходило воспроизводство традиционной трудовой этики. Ежегодная миграция в города крестьян (по 1 млн чел. с конца 1920-х гг.) приводила к переносу традиционных крестьянских представлений о трудовом ритме, буднях и праздниках, плохих и хороших хозяев на городскую почву /16/. Ломались национальные традиции. Массовое втягивание женщин в производство и установка на обязательность труда входили в культурный конфликт с многовековыми традициями исламских народов, предполагающими ограничение функций женщин семейными обязанностями.

    В послевоенные годы происходило дальнейшее «сближение наций» на экономическом поле. Для реализации крупномасштабных экономических проектов (БАМ, в ТАССР - Нижнекамский территориально-производственный комплекс и т.п.) были необходимы трудовые ресурсы. Главным их источником стало село. В 1939-1959 гг. в Татарстане урбанизированность татар выросла в 2,4 раза, русских - в 1,8 раза. Вливание в городскую среду сопровождалось формированием обширного маргинального слоя. Форсированные, с отпечатком искусственности процессы не приводили к созданию полноценной городской среды. Население урбанизировалось, но сами города становились инструментом воспроизведения социальной маргинальности. Кроме того, многие татары-селяне испытывали состояние социальной и личностной дезадаптации, связанной с несовпадением образа жизни и условий реализации языковых потребностей с тем, к чему они привыкли, в чем прошла их социализация. Эти обстоятельства создавали почву для возникновения ценностного конфликта у значительной части маргиналов. Ситуация оптимизировалась идеологемами коллективизма и энтуазизма.

    Политика искусственной урбанизации народов имела определенные «успехи». Произошло сокращение доли сельскохозяйственного населения, наметился рост квалифицированных кадров, расширилась сфера умственного труда. В то же время дистанция в масштабах развития ряда конкретных социально-профессиональных и отраслевых групп не только сохранилась, но в ряде случаев увеличивалась /17/. В ТАССР татары чаще, чем русские были заняты физическим трудом, причем заметная разница складывалась и в уровне квалификации. Доля специалистов - лиц, занятых преимущественно умственным трудом у татар было значительно меньше (в 1,5-2 раза). Сегодня эта ситуация сохранилась. Так среди руководителей, специалистов и служащих крупнейшего предприятия Татарстана ОАО «КАМАЗ» на 1 февраля 2004 г. русские составляли 59%, татары - 31 %, хотя в населении республики соотношение представителей данных этнических общностей прямо противоположно.

    Этнические особенности социально-профессионального состава в республике имели место не только при сравнении татар и русских, но и при сопоставлении их социальной структуры внутри городской и сельской общностей. В городах сближение состава народов происходило более интенсивно, хотя этническая специфика сохранялась. Несмотря на общие процессы среди русских и татар - горожан в ТАССР, среди последних происходило активное пополнение отряда руководителей высшего звена и специалистов высокой квалификации. Произошло сближение относительной численности татар и русских, занятых умственным и физическим трудом средней квалификации, а также мало- и неквалифицированным физическим трудом. У этих народов выровнялись доли работников высококвалифицированного физического труда и служащих /18/.

    Отраслевая занятость народов в 1950-х - начале 1990-х гг. также сохранила немало особенностей. Это было связано, прежде всего, с соотношением городских и сельских жителей. Преобладание городского населения у русских (в 1989 г. 85,7%), заметно более высокая доля сельчан среди татар и других коренных этнических групп (36,6%), доминирование татар среди сельского населения республики (65,5%), определяли дистанцию в уровне участия представителей этих народов в сельскохозяйственном производстве и в «городских» отраслях, в том числе индустриальных. Так, в 1979 г. среди чувашей ТАССР 49% занятого населения трудилось в сельском хозяйстве, 16,6% - в промышленности. Наиболее многочисленными социально-профессиональными группами среди этого народа являлись сельскохозяйственные рабочие, агрономы, зоотехники, ветеринарные врачи и лица, занятые на лесозаготовках. Значительно меньше был отряд рабочих, служащих, интеллигенции. Среди 1000 колхозников чувашей было 107 человек, среди 1000 рабочих - 28, среди служащих - 22 человека.

    В городах ТАССР в сравнении с другими автономными республиками отраслевой состав русских и татар не имел значительных расхождений. В то же время среди русских был шире представлен отряд работников, связанных с индустриальными видами труда - хозяйственные управленцы, производственная интеллигенция (в том числе инженерно-технические работники). Рост ИТР среди татар шел довольно быстрыми темпами, однако в производственных отраслях русские чаще выступали в качестве специалистов и руководителей, а татары - в качестве рабочих. Татары были более широко представлены в строительстве и на транспорте, в легкой и пищевой промышленности /19/, русские - в машиностроении и металлообработке.

    Среди художественной и творческой интеллигенции представленность русских и татар была примерно одинаковой. В сфере же науки сложились заметные диспропорции. По данным 1987 г. татары и русские составляли соответственно 34,9% и 56,2% научных работников ТАССР, тогда как доля этих национальностей в составе занятого населения была соответственно 48,3% и 42,9%. Причем научные работники-татары преобладали в общественных и гуманитарных науках, значительно меньше их было в естественнонаучных и технических отраслях.

    Вступление России в новые экономические отношения привело к кардинальным переменам в социальной структуре населения. В городах укрепилась тенденция к сближению социально-профессионального состава народов. Это произошло, главным образом, на уровне средних и низких страт. Как показали результаты исследования «Технологии системных и региональных адаптации к социально-экономическим и этнокультурным трансформациям» («ТАТ»), относительная численность респондентов, работающих служащими, квалифицированными, мало -и неквалифицированными рабочими оказалась одинаковой среди татар и русских. Существенные различия в республике сложились на верхушке пирамиды - среди бюрократии, политической и экономической элиты. В ходе суверенизации Татарстана численность татар среди работников управления выросла более двух раз и составила 78,1% правящей элиты республики. Из 663 руководителей предприятий РТ 68,1% составляют татары, 30,2% - русские, 1,7% - другие национальности. Среди аффилированных лиц и участников советов директоров государственных предприятий татары насчитывают 64,5%, русские - 34,1%, другие национальности - 1,4% /20/. Наглядность диспропорций во властном представительстве народов республики, публичный его характер неизбежно выводит этот вопрос на уровень массового восприятия.

    В отраслевой занятости народов Татарстана сохраняются особенности, имевшие место и в советский период. Как показали материалы научно-исследовательского проекта «Социальное неравенство этнических групп и проблемы интеграции в Российской Федерации» («СН») русские в Республике Татарстан по-прежнему преобладают в промышленности (34% против 26% среди татар). Татары - в сфере образования, здравоохранения (24% против 21% среди русских), строительстве (13% и 9% соответственно). По материалам исследования «ТАТ» русские чаще работают на государственных предприятиях и организациях (62% против 55% среди татар).

    Сегодня основные социальные различия между народами республики детерминированы соотношением среди них горожан и сельчан. На рубеже XX - XXI вв. процесс урбанизации в Татарстане затормозился: в 1989 - нач. 2000 гг. соотношение городских и сельских жителей среди народов республики не претерпело существенных изменений (табл. 1). Среди чувашей и удмуртов преобладают сельчане. Треть татар, мордвы и почти половина марийцев живет в сельской местности. Русские в основном горожане. Татары по-прежнему преобладает в сельской местности: среди сельчан их 65,5% в 1989 г. и 67,8% в 2002 г. Рост численности татар среди горожан (с 42,2% в 1989г. до 47,7% в 2002г.), связан с сокращением численности русских (с 50,8% до 46,1% соответственно). Народы республики поддерживают традиционные ориентации на определенный тип жизнедеятельности, заложенные в многовековых традициях и культуре.

    В научной сфере произошло сближение татар и русских: в 1999 г. среди докторов наук их было соответственно 38,2% и 46%. Существенный рост научных работников произошел среди этнических меньшинств (15,8%). Это объясняется миграционным притоком в республику в начале 1990-х гг. высокообразованных специалистов из стран СНГ. По научной специализации усилилась разница в уровне представленности татар и русских в технических и физико-математических науках в пользу русских. В естественных дисциплинах разрыв между русскими и татарами сократился. Это произошло за счет значительного уменьшения здесь доли русских и увеличения представителей «других» национальностей. Заметно выросло число татар-докторов наук в гуманитарных и социальных областях (с 50 до 60%) /21/.

     

    Таблица №1. Динамика соотношения городских и сельских жителей среди народов РТ по данным переписей 1989 г. и 2002 г. %

     

    Национальности

    1989 г.

    2002 г.

    город

    село

    Город

    село

    Татары

    63,4

    36,6

    66,5

    33,5

    Русские

    85,7

    14,3

    86,2

    13,8

    Чуваши

    43,1

    56,9

    43,5

    56,5

    Марийцы

    57,3

    42,7

    56,2

    43,8

    Мордва

    67,6

    32,4

    68,3

    31,7

    Удмурты

    41,5

    58,5

    37,8

    62,2

     

    Рост научной, художественной и творческой интеллигенции среди татар РТ в 1990-х гг. является итогом подъема национального самосознания и развития сфер воспроизводства этничности. Придание статуса государственного татарскому языку, создание и продуктивное функционирование факультетов в ВУЗах, в которых студенты обучаются на родном языке, изучают татарскую историю, этнографию, литературу, деятельность научно-исследовательских институтов, направленная на изучение и пропаганду национальной истории - все это стимулирует интерес к гуманитарной сфере. За положительной динамикой скрываются и некоторые проблемы. Татарская интеллигенция - это интеллигенция в первом поколении, она чаще рекрутируется за счет выходцев из сельской местности. Поскольку сельчане являются носителями традиционной культуры, в условиях города они не в полной мере усваивают новые стандарты. Другая проблема связана с однобокостью этого процесса: численное увеличение национальной интеллигенции происходит в основном среди татар. Наиболее заметное отставание по доле собственной интеллигенции в республике имеют сейчас русские. В 1990-е гг. народы через свои национально-территориальные образования смогли обрести условия для ренессанса и дальнейшего развития своей культуры, языка, традиций. В отношении русских национальная политика до сих пор не сформирована. Создание русских школ чаще всего носит формальный характер. «Русская тема» крайне редко освещается в СМИ, радио. Русские слабо инициируют предложения по своим национальным проблемам.

    Традиционное разделение сфер трудовой деятельности между народами ощущается самими действующими субъектами. Участники исследования «СН», отвечая на вопрос: «В каких видах деятельности достигают больших успехов русские (татары)?», продемонстрировали согласованные позиции. И русские, и татары считают сферы промышленности, образования и науки, в основном «русскими», а торговлю, сельское хозяйство, управленческую деятельность - «татарскими». Одинаковые шансы на успех имеют представители обеих национальностей, по их мнению, в здравоохранении и предпринимательстве. Конкуренция прослеживается в престижных сферах - финансовой и юридической: здесь более успешными русские считают татар, а татары - русских /22/. Прослеживается зависимость между отраслевой специализацией народов и пониманием необходимости развития тех или иных хозяйственных отраслей. По данным проекта «ТАТ» 57% русских и 42% татар г. Казани считают, что необходимо больше внимания уделять развитию промышленности. Татары чаще, чем русские настаивают на принятии специальных государственных мер в сельском хозяйстве.

    Новые экономические отношения предоставили возможность использовать разнообразные формы занятости. Как показали результаты проекта «СН», татары заняты чаще, чем русские, на государственных предприятиях (55% против 49%) и частных предприятиях (14% и 10% соответственно). Русские шире представлены в акционерных обществах. Любопытные материалы отражены в материалах переписи 2002 г. Одни народы предпочитают работать по найму (чуваши, мордва, марийцы), другие выбирают независимую деятельность (табл. 2).

     

    Таблица №2. Распределение занятого населения отдельных национальностей Республики Татарстан по положению в занятии (по данным переписи 2002 г.). %

     

    Этнические группы

    Работающие

    по найму

    не по найму

    из них

    с привлечением рабочей силы

    без привлечения рабочей силы

    иное

    татары

    95,1

    4,9

    22,3

    49,8

    23,4

    русские

    95,5

    4,5

    28,8

    57,7

    8,0

    украинцы

    93,8

    6,2

    34,8

    57,4

    4,3

    чуваши

    97,2

    2,8

    24,8

    58,7

    7,4

    мордва

    97,0

    3,0

    25,5

    60,3

    8,2

    удмурты

    86

    14,1

    2,7

    12,6

    82,5

    марийцы

    96,0

    4,0

    12,89

    46,5

    37,4

     

    Этнокультурная обусловленность трудовой деятельности проявляет себя еще через один важный показатель - размер домохозяйств. Семейные традиции (детность, правила проживания разных поколений, распределение обязанностей, бюджета и т.д.), заложенные в культуре народов, предполагают определенный сценарий экономической деятельности. Как показала перепись 2002 г., в современных условиях сохраняется зависимость между размером частных домохозяйств и этнической принадлежностью ее членов (если все члены принадлежат к одной этнической группе) (табл. 3). Обычно у русских, украинцев и мордвы в совместное хозяйство вовлечено небольшое число членов семей (часто одно, реже - два поколения). Нередко у татар, чуваш, удмуртов совместно живут несколько поколений, поэтому экономическая деятельность осуществляется более крупными домохозяйствами.

     

    Таблица №3. Частные домохозяйства в РТ по этнической принадлежности их членов (по данным переписи 2002 г.). %

     

    Этнические группы

    Домохозяйства, состоящие из человек

    Средний размер домохо­зяйства

    2

    3

    4

    5

    6

    7

    татары

    30,2

    27,4

    27,8

    9,5

    3,7

    1,0

    3,3

    русские

    37,5

    30,4

    22,1

    6,9

    2,2

    0,6

    3,1

    украинцы

    51,7

    27,6

    15,9

    3,2

    1,0

    0,3

    2,8

    чуваши

    31,6

    24,0

    25,9

    11,6

    4,7

    1,6

    3,4

    мордва

    45,0

    25,8

    20,7

    6,2

    1,7

    0,4

    3,0

    удмурты

    26,3

    20,3

    24,3

    14,3

    8,5

    4,3

    3,8

    марийцы

    28,3

    26,3

    27,0

    10,8

    5,1

    1,7

    3,5

     

    В современных условиях образование является важным фактором социального успеха. В советский период тенденция к росту образовательного уровня была характерна для всех народов Союза. В Татарской АССР по материалам послевоенных переписей доля лиц с высшим и неоконченным высшим образованием среди городских татар выросла втрое. Однако межэтнические различия сохраняются и сегодня (табл. 4).

    Это связано преимущественно с особенностями расселения. Народы, ориентированные на сельский образ жизни, имеют меньше возможностей получить высшее образование. Кроме того, место проживания определяет ориентации на различные типы высшего и среднего профессионального образования. Например, научная и творческая интеллигенция получает, как правило, пополнение из своей же среды. Выпускники сельских школ чаще становятся студентами сельскохозяйственных и педагогических училищ, ВУЗов. Происходит воспроизводство профессиональной и отраслевой специализации этнических групп. Важную роль играет качество получаемого образования. Сегодня сельская школа заметно отстает от городской по уровню подготовки педагогов, использованию инновационных приемов обучения и воспитания, компьютеризации и т.п. Все это препятствует поступлению сельских ребят в ПТУ и ВУЗы.

    Сегодня высшее образование стало максимально доступным. В крупных и средних городах открыто множество коммерческих ВУЗов, поступить в которые не составляет никакого труда. Администрация институтов вынуждена «держаться» за каждого студента, чтобы иметь доход. Ситуация с «всеобщим» высшим образованием спровоцировала целый ряд проблем: качество образования, избыточная подготовка специалистов отдельных специальностей (юристы, бухгалтера, менеджеры), и как следствие - невостребованность работников на рынке труда, кризис среднего профессионального образования. Несмотря на обилие выпускников профессиональных учебных заведений, работодатели испытывают затруднения с подбором персонала, хорошо знающего свою профессию.

     

    Таблица №4. Уровень образования народов РТ по данным переписи 2002 г. % /23/

     

    Народы

    Образование

    послеву-зовское

    высшее

    незакончено высшее

    средне-профессио­нальное

    среднее (полное) общее

    основное общее

    начальное

    татары

    0,19

    12,3

    2,8

    22,2

    27,9

    16,94

    16,6

    русские

    0,25

    14,2

    3,1

    25,8

    25,8

    15,97

    14,1

    украинцы

    0,43

    21,0

    3,2

    30,2

    25,3

    11,6

    7,8

    чуваши

    0,08

    6,9

    1,5

    21,9

    30,7

    18,6

    18,9

    мордва

    0,08

    6,5

    1,4

    25,8

    27,8

    18,9

    17,5

    удмурты

    0,06

    6,1

    1,2

    19,1

    34,1

    20,0

    18,3

    марийцы

    0,01

    7,06

    1,8

    22,8

    34,1

    18,1

    15

     

     

    Сложная ситуация возникла с отсутствием работников среднего и низкого звена (преимущественно рабочих специальностей), их соответствующей подготовки в стенах ПТУ. Уровень востребованности республиканской экономикой высокообразованных кадров заметно отстает от характера и темпов их подготовки. Переизбыток выпускников ВУЗов возник еще до распада СССР. Уже тогда несоответствие между образовательным потенциалом и долей специалистов с высокой квалификацией и руководителей высшего звена имело этнические особенности. В ТАССР с 1959-го по 1989 гг., по данным соответствующих переписей населения, среди городских татар доля лиц с высшим и неоконченным высшим образованием увеличилась втрое, а доля специалистов и руководителей, т.е. людей, занятых на должностях, требующих такого образования - только в 2,3 раза. У русских жителей эти показатели выросли соответственно в 2,4 и 2 раза /24/. В рыночных условиях переизбыток лиц с высшим образованием стал еще заметнее. По данным переписи 2002 г. 86,2% занятых русских РТ имели дипломы о высшем или среднем профессиональном образовании, среди татар -79,6%. Заметно отстают по темпам роста численности людей с высшим и средним специальным образованием марийцы -58,3%, удмурты - 50,9%, мордва - 65,1%, чуваши - 59,9%. Данные показатели отражают различные образовательные ориентации и возможности для их реализации среди народов Татарстана.

    Другим важным фактором, влияющим на формирование структур народов, является демографическое поведение. Рождаемость, смертность, брачность определяют потенциал трудовых ресурсов этнических общностей. Как показала перепись 2002 г., среди татар, русских, чуваш, удмуртов, марийцев Татарстана шире, чем среди украинцев и мордвы, представлены дети и взрослые трудоспособного возраста (табл. 5). Это определяет представленность народов на рынке труда.

     

    Таблица №5. Распределение народов РТ по возрастным группам (по данным переписи 2002 г.). %

     

    Возрастные группы

    Татары

    Русские

    Украинцы

    Чуваши

    Мордва

    Удмурты

    Марийцы

    Моложе трудоспо­собного

    21,1

    18,8

    8,7

    19,4

    11,0

    19,4

    17,5

    Трудоспо­собном

    59,3

    60,7

    65,8

    59,4

    61,2

    58,9

    66,8

    Старше трудоспо­собного

    19,5

    20,5

    25,8

    21,2

    27,8

    21,7

    15,7

    Средний возраст

    36,6

    37,6

    44,0

    38,0

    44,1

    38,1

    36,2

     

     

    ****

    Представленные выше особенности социальной структуры татар позволяют сделать вывод о том, что в истории России никогда не складывалось единого для населяющих народов экономического пространства. На том или ином этапе среди этнических групп формировались разные, зачастую диаметрально противоположные, сценарии экономических моделей поведения. Этноэкологические ниши народов, специфика естественного и механического воспроизводства, расселения, религия и степень религиозности, культура и этнопсихология, инновационный потенциал этнических групп, адаптационный фон формирования ценностно-мотивационного ядра трудовой деятельности /25/ и т.д. - все это придавало своеобразие российской экономической модели. Российская политика на любом историческом отрезке не могла не учитывать эту особенность и стремилась всячески контролировать, управлять, а чаще затушевывать этнический фактор в экономике. Определенные тенденции угасания этничности наблюдались, но особенности все равно сохранялись. Взаимозаменяемость и взаимодополняемость структур и экономического поведения народов делали эту модель устойчивой, самопроизводящейся и развивающейся на протяжении многих веков. Скрепом всегда являлись общие интересы. Так в современных условиях, как показали проекты «Посткоммунистический национализм, этническая идентичность и регулирование конфликтов» и «СН», реализованные творческой группой Л.М. Дробижевой, русских и татар Татарстана объединяет доминирование региональных интересов. В 1999 г. 50% татар и 44,9% русских заявили о том, что землей и природными ресурсами Татарстана должна распоряжаться только республика (в 1994 г. 62% татар и 40% русских). Другим объединяющим элементом является практическое совпадение жизненных приоритетов, среди которых работа занимает ведущую позицию, а также близкая модель трудового поведения /26/. Последнее проявляется в преобладании традиционных моделей трудового поведения над инновационной готовностью к рыночным реформам у населения республики. Как показал научно-исследовательский проект «ТАТ» разница между русскими Татарстана и татарами по доле людей с «советской» ориентацией на стабильный заработок оказалась статистически незначима (57% у татар и 58% у русских). Схожая зависимость проявляется и среди ориентированных на достижительную модель (выбор ответов «много зарабатывать, пусть даже без особых гарантий на будущее», «иметь собственное дело, вести его на свой страх и риск») (27% у татар и 24% у русских).

    Современные условия ставят на повестку дня новые вопросы, связанные с проблемой «этничность и экономика». Исследователи говорят о локальности. Народы встраиваются в глобальные процессы, вдохновляясь собственной культурой. Такие процессы актуализируют проблемы сохранения межэтнического согласия и создания условий для благоприятного развития народов. Выход видится в создании единого для этнических групп экономического поля с общими правилами игры. В противном случае этничность способна внести в общество конфликт. Как выявили этносоциологи, респонденты - сторонники распределительных отношений, в большей степени склонны воспринимать текущую ситуацию с учетом своей этничности. Иначе говоря, распределительные отношения являются питательной средой для воспроизводства латентных этнических иерархий, а, следовательно, и этнического неравенства - воображаемого или реального. И наоборот, условия взаимодействия в рыночных сферах экономики либо полностью нейтрализуют, либо значительно снижают потребность в этнической категоризации социальных ситуаций и таким образом служат реальной почвой для межэтнической интеграции в полиэтничной среде.

     

    Примечания

     

    1. У русских этот показатель сохранился до 50-х гг. XX в., среди татар Татарстана - до настоящего времени. По переписи 2002г. в республике 33,5% татар проживало в селе.

    2. Сусоколов А.А. Указ. соч. С. 172.

    3. Ноак К. Некоторые особенности социальной структуры поволжских татар в эпоху формирования наций // Отечественная история. 1998. №5. С.147-158. Исследователь провел анализ статистики по следующим губерниями: С-Петербургская, Московская, Нижегородская, Рязанская, Тамбовская, Пензенская, Симбирская, Казанская, Вятская, Пермская, Уфимская, Оренбургская, Самарская, Саратовская, Астраханская, Уральская / Тургайская, Акмолинская, Семипалатинская, Семиречье.

    4. Салихов P.P. Татарская буржуазия российской империи: взаимодействие с обществом и властью (вторая половина XIX - начало XX века). Автореферат диссертации на соискание ученой степени док-ра ист. наук. Казань, 2006. С.25.

    5. Мухаметшин P.M., Салихов P.P., Хайрутдинов P.P. Социальная организация // Tatarica. - Казань - Москва - Санкт-Петербург, 2005. С.632.

    6. Халиков Н.А. Хозяйство татар Поволжья и Урала (середина XIX – начало XX вв.) - Казань, 1995. С.187-188.

    7. Ноак К. Указ. соч. С. 151, 157.

    8. Салихов P.P. Указ. соч. С. 20, 19.

    9. Хасанов Х.Х. Формирование татарской буржуазной нации. - Казань, 1977. С.223.

    10. Ноак К. Указ. соч. С. 153.

    11. Салихов P.P. Указ. соч. - СП.

    12. Тяжельникова B.C. отношение к труду в советский и постсоветский период // Социально-экономическая трансформация в России / Под ред. Е.А. Киселевой; Серия «Научные доклады». Вып. 131. М., 2001. С. 104.

    13. Об этом подробнее см.: Шкаратан О.И. Российский порядок: Вектор перемен. - М., 2004; Балабанова Е.С. Особенности российской экономической ментальности. Ист.: http://www.ecsocman.edu.ru/mirros/msg/89891.html

    14. Крушение этой идеологии и перераспределение ресурсов в 1990-х гг. в пользу титульных народов стало причиной возникновения среди русских менее конструктивных и рыночных по своему духу ценностно-трудовых и «достижительных» установок экономического сознания. Ист. Рыжова СВ. Восприятие социального неравенства и стратегии экономической мотивации этнических групп // Социальное неравенство... С.241-243.

    15. Остапенко Л.В. Указ. соч. С.45.

    16. Тяжельникова B.C. Указ. соч. С. 107.

    17. Остапенко Л.В. Указ. соч. С. 26-27.

    18. Там же. С. 32.

    19. Очевидно, татары были шире представлены в нефтедобывающей промышленности. Так, по подсчетам Р.К. Уразмановой в 1963 г. 40% общего числа работавших на предприятиях объединения «Тат нефть» составляли татары, а в нефтепромысловых управлениях «Азнакаевнефть», «Алькеефнефть» и некоторых других, их численность достигала 70%. Ист.: Уразманова Р.К. Быт нефтяников-татар юго-востока Татарстана. Этносоциологическое исследование. - Альметьевск, 2000. С. 24.

    20. Сагитова Л.В. Интересы социальных групп в контексте этнокультурной и этнополитической интеграции татарстанского общества // Социальное неравенство...С. 326.

    21. Гарипов Я.З., Каримов И.Р. Тенденции воспроизводства научных кадров высшей квалификации // Научный Татарстан. 2004. № 1/2 С.120-127.

    22. Мусина Р.Н. Этнокультурные ценности и социальные ориентации в условиях социально-экономической трансформации общества: пример Татарстана // Социальное неравенство... С.354.

    23. В таблице не представлены лица, не имеющие начального общего образования, и не указавшие образования.

    24. Остапенко Л.В. Указ. соч. С.49-50.

    25. Так, русские, по мнению С.В.Рыжовой, сегодня испытывают психологический дискомфорт. Определенный вклад в эту ситуацию вносят этнокультурные особенности. «На уровне «схем социального восприятия, мышления и действия», групповой габитус русских в силу очень существенных по своему действию причин несколько отстает от реалий сегодняшнего дня. Он в меньшей степени, чем групповой габитус татар и саха-якутов, продуцирует и «понуждает» своих носителей (т.е. русских) к усилиям и активному расчету на свои силы, меньше стимулирует к освоению разнообразных социально-экономических практик». Ист. Рыжова СВ. С.243.

    26. Об этом подробнее см.: Мусина Р.Н. Указ. соч.

     


    Институт истории им. Ш.Марджани АН РТНовостиНаукаПубликацииМероприятияТатароведениеПроекты–online ИнформацияКАЛЕНДАРЬ СОБЫТИЙ