www.tataroved.ru Карта сайта | О сайте | Контактные данные | Форум | Поиск | Полезные ссылки | Анкета
  выберите язык общения Русский English
 
 
  Поиск:      расширенный поиск

www.tataroved.ru - Суббота, 24 июня 2017, 18:33

Институт истории им. Ш.Марджани АН РТ


Вы находитесь: / Институт истории им. Ш.Марджани АН РТ / Отдел новейшей истории / Публикации сотрудников на сайте / Заглядывая в прошлое
Институт истории им. Ш.Марджани АН РТ  •  Новости  •  Наука  •  Публикации  •  Мероприятия  •  Татароведение  •  Проекты–online  •  Информация  •  КНИЖНЫЙ КИОСК  •  КАЛЕНДАРЬ СОБЫТИЙ
Об Институте истории АН РТ  •  Администрация  •  Отдел новой истории  •  Отдел новейшей истории  •  Отдел этнологических исследований  •  Отдел истории общественной мысли и исламоведения  •  Центр истории и теории национального образования им. Х.Фаезханова  •  Центр исследований Золотой Орды и татарских ханств им. М.А.Усманова  •  Центр иранистики  •  Центр изучения истории и культуры татар-кряшен и нагайбаков  •  Отдел информационных технологий  •  Крымский научный центр  •  Северо-Западный научный центр им. Л.Н. Гумилева  •  Центр этносоциологических исследований  •  Аспирантура Института истории АН РТ  •  Территориальные отделения  •  Архив
Бушуев Алексей Сергеевич  •  Миронова Елена Валерьевна  •  Абдрахманов Рафик Файзиевич  •  Галлямова Альфия Габдульнуровна  •  Кабирова Айслу Шарипзяновна  •  Ханипова Ильнара Ильдусовна  •  Халитов Нияз Хаджиевич  •  Габдрафикова Лилия Рамилевна  •  Хайрутдинов Рамиль Равилович  •  Публикации сотрудников на сайте
Татарское просвещение в зеркале истории (дооктябрьский период)  •  Из истории татарских нелегальных изданий в дореволюционный период  •  Знаменитость всероссийского масштаба (Закир ишан Камалов)  •  Творчество, обращенное в будущее (Фатых Амирхан) (1886-1926)  •  Яна бистэ  •  Осуществление закона о государственном языке в Татарстане (20-е годы)  •  Законодательные акты по огосударствлению татарского языка в Татарстане (20-е годы и настоящее время)  •  Заглядывая в прошлое  •  Роль торгово-промышленного капитала в развитии здравоохранения в Адмиралтейской и Ягодной слободах г. Казани

 
Логин:    
Пароль:
 
 

  • [ Регистрация ]
  • Заглядывая в прошлое
    Гарипова З.Г. Языковая политика в Республике Татарстан: Документы и материалы (80-90-е гг.). Казань, 1999. - С. 317-326.
     

    Заглядывая в прошлое

     

    Стремление татар к совершенствованию своей письменности, исходя из национальной, фонетической особенностей языка, не погасло и после перехода к кириллице. В условиях начавшихся демократических процессов в обществе к середине 80-х годов в республике возникло вновь движение за возврат к латинской графике, ибо действующая с 1939 года кириллица, как несоответствующая национальным особенностям татарского языка, не оправдала себя. Это движение усилилось особенно после принятия ряда документов государственного уровня (Декларация о государственном суверенитете Республики Татарстан, Конституция Республики Татарстан, Закон РТ «О языках народов Республики Татарстан», Государственная программа по сохранению, изучению и развитию языков народов Республики Татарстан, утвержденная Верховным Советом РТ в июле 1994 года и др.).

    Как будет проходить переход к латинице, какими путями? В этой связи можно вспомнить опыт 20-х годов как тюркских республик Советского Союза, так и Татарстана.

    Если заглянуть в предысторию этого вопроса - идея замены арабского алфавита латинским первоначально возникла среди турецкой и татарской интеллигенции как одно из проявлений джадидизма, направленное на сближение культуры этих народов с западноевропейской, еще в досоветское время.

    Зародыши движения за переход на латинскую графику впервые среди татар видны в статьях известного татарского поэта Сагита Рамиева, которые опубликованы в 1911-1912 годах в газете «Идел». А также известны его письма, написанные латинским шрифтом друзьям еще в 1907-1908 годах. Он же является автором проекта латинского алфавита, приспособленного для татарского языка[1].

    Много конференций и съездов было посвящено после Октябрьской революции вопросам шрифта и орфографии татар в 1919, 1920, 1924 годах. Однако в новых условиях уже большевистской власти конкретного решения о переходе на латинский алфавит не принимали. Вместо этого татары работали над усовершенствованием арабского шрифта, и он в реформированном виде был хорошо приспособлен к требованиям фонетики татарского языка. В процессе последующей реформы, проведенной в 1920 году, из татарского алфавита был устранен ряд ненужных согласных букв и добавлены шесть гласных и один знак, указывающий на мягкость или твердость слова[2].

    Форсированным темпом в вопросе замены алфавита латинским работало «Общество нового тюркского алфавита» в Азербайджане, организованное еще в 1922 году. В том же году начинает издаваться на латинском алфавите еженедельная газета «Яңа юл» («Новый путь»). В 1923 году с 20 октября за подписью Агамалы оглы - председателя Всесоюзного Комитета НТА - латинский алфавит был введен на равных правах с арабским. А декретом 27 июня 1924 года утвержден обязательным и единственным алфавитом для всех учреждений. Вопрос о латинском алфавите поднимался в свое время и в Турции. Автор статьи «Реформа алфавита в Турции» отмечает, что за латинский алфавит были иностранцы, проживающие в Турции, и образованные люди страны среднего состояния. Но «духовенство и «авторитеты» в лингвистике были против[3]. Впоследствии кампанией за переход на латинский алфавит руководил сам президент Мостафа Кемаль. В результате латинский алфавит был официально принят в 1928 году.

    Что касается других тюркских республик Советского Союза, латинизация проходила неоднозначно. Были голоса за и против. Многие считали латинизацию «новым видом колонизаторской тенденции». Сопротивление новому алфавиту было в особенности сильно там, где процент грамотных был сравнительно велик. Сложно проходила латинизация в Казахстане. Его представитель на II Пленуме Всесоюзного центрального комитета новотюркского алфавита отставание объяснял огромностью территории, слабой налаженностью путей сообщения, влиянием «арабистов».

    Власти Узбекистана, объясняя трудности латинизации, ссылались на отсутствие шрифтов и ориентировались на осуществление плана перехода в течение трех лет: в 1928/29 уч. году - в городских школах I ступени, а в кишлаках - в 1929/30 уч. году.

    Работа комитета по латинизации в Туркменистане началась в сентябре 1927 года, когда Туркменский ЦИК издал закон о переходе на латинский алфавит. План перехода был рассчитан на два года[4].

    В 1924 году на съезде татаро-башкирских работников народного образования в Москве вновь была поднята проблема латинского алфавита. В решении съезда значится: «Переход на Яналиф - дело нужное, сближает народы. Однако пока целесообразнее будет ограничиться реформированием арабского шрифта, а для математических формул немедленно использовать латинские буквы».

    В том же 1924 году в газетах «Кызыл Татарстан» и «Красная Татария» начинается обмен мнениями. На темы латинизации опубликовали свои статьи Шамиль Усманов, Шакир Измайлов, Фуад Саллави, Гарапша Бикчантаев. Так, Г. Бикчантаев в газете «Красная Татария» писал: «Необходимо начать знакомить с латинским шрифтом татарских работников, в особенности работников просвещения, и в то же время вести пропаганду и агитацию среди татарского населения»[5].

    16 ноября 1924 года в Коммунистическом клубе Казани организуется дискуссия. Шакир Измайлов в своем докладе назвал латинский алфавит «большим шагом в мировую революцию», но предлагал проводить эту работу не путем декрета, а добровольно, через разъяснительную работу, через создание общества «Латин дусты». Содокладчик Ш. Усманов на конкретных примерах доказывал преимущество латинского шрифта перед арабским. Но большинство выступавших указывали на большие трудности перехода, предложив ограничиться лишь реформированием арабского шрифта. Собрание закончилось принятием резолюции о распространении идеи латинизации и создании общества «Латин дусты», и издания газет и журналов на латинском шрифте. В различных учреждениях, как показывают архивные документы и материалы периодической печати, создаются отделы этого общества. Судя по документам, появлению этих обществ предшествовали диспуты, на которых выступали и «арабисты». Их доводы сводились к следующему: «У нас имеется большое количество литературы. Переход на латынь оторвет татарский народ от его культурного наследия. Крестьянин не примет латинский алфавит, так как он похож на миссионерскую транскрипцию. На новом алфавите придется обучать население вновь грамоте. Это требует больших средств»[6].

    Сторонники латинского шрифта своими противниками считали редакции газет «Кызыл Татарстан», «Кызылармеец», журнала «Безнең юл», а также отдел печати областного комитета партии Татарстана. Аргументы те же самые. «Латинисты», как их тогда называли, обвиняли своих оппонентов в реакционности и пособничестве духовенству, а те «латинистов» - в миссионерстве, что свидетельствует о довольно острой борьбе вокруг Яналифа.

    Представители движения за Яналиф видели в нем могучее средство интернационализации национальных культур и при этом ссылались на Турцию.

    Но противники Яналифа говорили, что нельзя брать в пример Турцию, ибо Турция имеет чрезвычайно низкий процент грамотных и может легко перейти на Яналиф. Те же самые сторонники латинизации татарской письменности дооктябрьского времени уже не восхищались этой идеей и не проявляли воодушевления переходить на новый алфавит.

    Резкий поворот в этой области произошел после I тюркологического съезда в Баку, состоявшегося в феврале 1926 года. Из Татарстана должны были участвовать два делегата, но направили девять человек. Состав делегации был предварительно рассмотрен на заседании Секретариата обкома партии. Делегацию возглавлял известный писатель и общественный деятель Галимджан Ибрагимов. Секретариат обкома партии принял следующее решение: «По вопросу перехода к латинскому шрифту делегации есть задание: принципиально не возражать, практически в отношении татарской республики считать невозможным перейти на новый алфавит»[7]. Решительное несогласие в своем докладе на съезде выразил Галимджан Шараф и рекомендовал улучшить арабский шрифт с учетом специфики татарского языка. Г. Ибрагимов, Г. Алпаров, Н. Хаким, Г. Сагъди и С. Гафуров, хотя формально и не отвергали латинский алфавит, но были на стороне реформированного арабского алфавита. С. Атнагулов занял нейтральную позицию. Съезд после бурных дебатов принял следующую резолюцию: «Констатируя преимущество и техническое превосходство нового тюркского алфавита (латинского) над арабским... съезд считает введение нового алфавита и метод его проведения в отдельных тюрко-татарских республиках и областях делом каждой республики и каждого народа»[8].

    По приезде из Баку Г. Ибрагимов сделал сообщение на заседании Секретариата ОК партии. Оно сводилось к следующему: «ЦК партии очень интересовался нашим съездом. Политбюро выделило специальную комиссию по этим вопросам. Съезд работал по директивам ЦК. В резолюциях нет моментов, которые бы противоречили нашей политике. Самым серьезным для нас вопросом является вопрос об алфавите. Наше положение в этом отношении очень трудное. На нас смотрят как на разрушителей. Это подтвердилось поведением в отношении нас, так, например, интервью с нашей делегацией не помещено было первое время в газете. Во фракции мы заявили, что мы принципиально согласны с латинизацией алфавита, но положение Татреспублики по техническим и практическим соображениям лишает нас возможности приступить к немедленному проведению в жизнь этого. Теперь нам необходимо создать комиссию, которая бы занималась дальнейшим улучшением арабского шрифта. Переход же на латынь у нас будет очень продолжительным и пока невозможным...»[9] После него были выступления еще нескольких человек.

    Вот мнение С. Атнагулова: «На съезде на нас смотрели как на защитников ислама, и к нам было резкое отношение. В Казани существует тенденция создать общество по пропаганде латинизации, нужно определить нашу линию в этом отношении». Член Секретариата ОК партии Дивеев отметил: «Надо, по-моему, постепенно стараться переходить к латинизации». Ответственный секретарь Обкома партии М.М. Хатаевич (работавший в 1925-1928 гг.) сказал: «Секретариат ОК считает, что в условиях Татарстана сейчас невозможно переходить к латинизации - это вполне правильно. Через некоторое время может быть нам и придется приступить к этому.:. Поведение делегации надо одобрить. Препятствовать созданию обществ мы не сможем и не должны, но нельзя их считать проводниками нашей официальной линии...» Твердым от начала и до конца оставался взгляд на латинский алфавит у члена Секретариата ОК партии 3. Гимранова: «Каждый член партии должен понять, что переход к латинскому алфавиту - это шаг вперед, но у нас этого проводить пока невозможно. В такой обстановке, как в Азербайджане, т. е. форсировать и декретировать переход к латинизации мы сейчас не можем». (Все выступления приведены нами в протокольной записи.)

    Вскоре после съезда, точнее - 8 апреля 1926 года, на VI съезде Советов Татарской АССР организуется общество «Яналиф». Его председателем избран Ф.Сайфи-Казанлы. Цель общества заключалась в распространении нового татарского алфавита среди широких рабоче-крестьянских масс. Обществом «Яналиф» был затем составлен проект нового алфавита и орфографии.

    В марте 1927 года состоялась 1-я конференция общества «Яналиф». После этой конференции, 3 мая 1927 года, вышло постановление Татобкома партии, где указывалось на целесообразность и неизбежность для республики перехода на латинский алфавит. Далее перечисляются в нем конкретные предложения: «...всем Канткомам и Райкомам, фракции Совнаркома и ЦИКа республики, партийцам, работающим в органах печати и Наркомпросе усилить свое внимание и содействие обществу «Яналиф». Наркомпросу Татарстана в будущем 1927/28 уч. году включить в программу техникумов и школ II ступени преподавание латинского алфавита и издать для этого необходимые учебные пособия»[10]. Был и ряд других указаний.

    Таким образом, позиция областной парторганизации, вначале довольно умеренная, сразу после съезда в Баку претерпевает изменения. Возможно, этому способствовали соответствующие устные и другие распоряжения центральных органов. Так, на заседании бюро ОК партии было заслушано постановление ЦК ВКП(б) о создании Всесоюзного комитета по латинизации арабской письменности и участия в нем Татарской республики. В результате было принято решение выделить представителя и ускорить постановку на бюро ОК вопроса о порядке мероприятий, «связанных с переходом к латинскому шрифту»[11]. Проблема латинизации все более становилась актуальной. В этой ситуации в мае 1927 года большая группа беспартийной интеллигенции обратилась к III Пленуму Татарского обкома партии (копия И. Сталину) с письмом, которое подписали 82 человека. Это письмо опубликовано в книге Б. Султанбекова[12]. В заявлении указано, что унизительным является заставлять переучиваться целый народ, переходить от арабской письменности к новому алфавиту. В письме одним из основных моментов являлось указание на то, что переход на Яналиф повлечет потерю культурных ценностей, которые накопились у татарского народа в течение многих столетий. Ознакомившись с заявлением группы татарской интеллигенции, бюро областного комитета партии наметило следующую линию по отношению к этой группе: «Беспощадный отпор всяким попыткам со стороны враждебно настроенной к Советской власти и, по существу, контрреволюционной интеллигенции помешать делу укрепления и упрочения пролетарской диктатуры».

    Вскоре 14 человек из 82 сняли свои подписи. Газета «Красная Татария» опубликовала их заявления 23 декабря 1928 года под заголовком «Ряд татарских работников снимает свои подписи под «Заявлением 82».

    3 июля 1927 года Совет народных комиссаров ТАССР специальным постановлением объявил латинский алфавит официальным алфавитом татарского языка. С этого года средние и высшие учебные заведения должны были перейти на обучение на основе латинской графики, а с 1928 учебного года - все школы. В четвертом номере журнала «Яналиф» за 1927 год опубликован новый татарский алфавит («Яңа татар әлифбасы»).

    Огромную работу развернул областной комитет партии. Многие заседания бюро обкома партии были посвящены специально Яналифу. Вот некоторые пункты одного из его многочисленных постановлений по подготовке к переходу на новый алфавит.

    п. 3. Установить, что основная работа общества «Яналиф» должна проводиться в пределах Татарской республики с тем, чтобы ячейки общества «Яналиф», имеющиеся за пределами Татарской республики (на Урале, в Донбассе, Башкирии), входили в общество членами и имели с ними связь.

    п. 6. Предложить Наркомпросу ввести при ликбезпунктах, наравне с арабским шрифтом, преподавание и нового татарского алфавита. При составлении сметы Наркомпроса предложить Наркомфину и Наркомпросу учесть эти директивы.

    п. 8. Считать необходимым дальнейшее изучение в учреждениях татарского языка работниками нетатарами производить по новому алфавиту, что же касается изучения нового алфавита служащими-татарами, то партийные ячейки и ячейки общества «Яналиф» должны развернуть для этого широкую работу за добровольное изучение нового алфавита.

    Считать возможным введение надписей по новому алфавиту, наряду с шрифтом арабским и русским, на всех вывесках, штампах, а также печатях при их замене, не затрачивая для этого специальных средств.

    п. 11. Предложить агитационно-пропагандистскому отделу областного комитета и партчасти правления Татиздата при составлении плана издательства на 1928-1929 гг. включить издание учебников и остальной литературы на татарском языке, согласовать с планом Наркомпроса по введению нового алфавита в школах.

    п. 13. Местопребывание Центрального Комитета нового тюркского алфавита (ЦК НТА) считать необходимым установить в Москве [13].

    Однако дело Яналифа шло не совсем гладко. Об этом свидетельствуют документы как Национального архива, Центрального государственного архива историко-партийных документов Республики Татарстан, так и опубликованные источники. Так, в отчете общества «Яналиф» на 15 февраля 1928 года указывается, что латинское движение в деревнях не получило большой поддержки. Объясняется это «ролью муллы» в деревне, «связанностью старого алфавита с религией». Сравнительно большой процент грамотности среди населения по старому алфавиту (40 с лишним процентов) не позволяет немедленно приступить к перестраиванию работ культурных учреждений Татарской республики. При экономически оскуделом сельскохозяйственном положении трудно было добиться специальных ассигнований.

    Какие меры принимались по линии государственных и других органов? Правительством республики было принято постановление о введении нового алфавита во всех школах. Организован Центральный комитет (затем переименован как Государственный комитет) нового татарского алфавита при ЦИК Татарстана. В 1927/28 учебном году Наркомпросом был введен новый алфавит во всех школах II ступени, техникумах и на вечерних курсах. Проведены курсы для учителей, для студентов Восточного педагогического института. Были приняты меры к обучению Яналифу наборщиков типографий. Велся учет процентного соотношения зарегистрированных членов ячеек общества «Яналиф»[14].

    Со стороны обкома партии были приняты меры по ускорению темпа введения Яналифа. Так, постановлением бюро Татобкома от 29 января 1928 года были намечены конкретные сроки, а именно 2 года для перевода периодической литературы на Яналиф, установлены сроки проведения месячников по «ликвидации неграмотности на Яналифе», массовой проверке знания Яналифа работников советского и хозяйственного аппарата. Одновременно было предложено Государственному комитету нового татарского алфавита и Центральному комитету по реализации татарского языка разработать практические мероприятия по полному переходу к Яналифу внутреннего делопроизводства, межведомственного сношения не позднее 1 мая 1929 года. А также были одобрены разработанные Наркомпросом планы по переобучению трудящихся татар со старого алфавита на Яналиф в течение 2-х лет. Редакции газет должны были систематически вести освещение этой работы в печати, обратив особое внимание на выявление недостатков и случаев бюрократического подхода к вопросам кампании в центре и особенно на местах. Для руководства проведением двух месячника намечалась организация при ТатЦИКе общественного комитета в составе представителей обкома партии, Татпрофсовета, Наркомпроса, комитета «Яналиф» и не менее 30 представителей беспартийных татарских интеллигентов[15].

    Результаты намеченных мер вновь были заслушаны на заседании бюро обкома 9 ноября 1928 года с указанием конкретных мероприятий по устранению выявленных недостатков.

    В такой ситуации Всесоюзный Центральный Комитет нового тюркского алфавита (ВЦК НТА) местом проведения своего III Пленума выбрал Казань. На нем приняли участие более 40 представителей от союзных и автономных республик. Линия Пленума - усиление темпа перехода на Яналиф, что прозвучало как в выступлении председателя Комитета Агамалы оглы, так и секретаря обкома партии М. Разумова. Кроме него от татарстанцев выступили И. Исаев, Ш. Усманов, Н. Paгс, М. Курбангалеев, М. Ахметшин, 3. Гимранов, И. Рахматуллин и др. В их речах никаких возражений не прозвучало. Все в основном соглашались со сложившейся ситуацией по этому вопросу.

    Большое место в прениях на Пленуме занял вопрос о сроках перехода на Яналиф. «Сейчас нужно встать на рельсы ускорения и установить один и тот же метод. Метод должен быть таков: повсеместно для каждой республики устанавливается срок, в который все газеты и издательства полностью переходят на новый алфавит. Республики: Крымская, Сев. Кавказа, Татарстан, Узбекистан могут закончить в течение одного года. Остальные в течение 2-х лет. Необходимо ускорить темп перевода средств, затрачиваемых сейчас на старый алфавит, на новый алфавит. Так будет создана материальная база» - заключил свой доклад Агамалы оглы.

    О том, что трудно установить сроки говорили многие представители республик. Аргументы их сводились к тому, что установление сроков явилось бы принуждением для отдельных республик. «Но большинство - выступивших настаивало на необходимости определить сроки» писала «Красная Татария». Ошибочным было объявлено и параллельное изучение двух алфавитов среди взрослых. В итоге Пленум для всех республик определил срок перехода на новый алфавит от одного до двух лет.

    Итак, начиная с 1928 года, особенно после III Пленума Всесоюзного Центрального комитета нового тюркского алфавита, состоявшегося в Казани, Яналиф начал вводиться «ускоренными» темпами. 20 февраля 1929 года было принято постановление Центрального исполнительного комитета и Совета Народных Комиссаров Татарской республики «Об установлении окончательного срока введения Яналифа в Татарской республике». Его пункт 1 гласил: «Срок для окончательного перехода на Яналиф в Татарской республике установить 1 января 1931 года, после какого срока считать его единственным государственным алфавитом татарского языка[16]. К началу 1931 года этот процесс был завершен.

    Итак, представленные здесь документы отражают ту эпоху с полярными точками зрения на процессы перевода татарской письменности с арабского на латинский. И сегодня можно услышать отдельные сомнения, сводящиеся к тому - как быть с проблемой обучения латинице татар, проживающих как в РТ, так и за пределами республики. Думается, это не будет большой задачей для общества в конце XX века, тем более она успешно решалась еще в сложнейший период 20-30-х годов. Так, корреспонденты татарской рабочей газеты «Эшче» (Рабочий), выходившей в Москве в 1919-1931 гг. и газеты «Социализм юлы» (Путь социализма), издававшейся в Свердловске в 1930-1939 гг., сообщали о ходе обучения в лик-пунктах неграмотности на Яналифе» в городах Нижний, Иваново-Вознесенске, Донбассе, Сталине, Луганске, а также в районах Тулы, Московской области, Тагилском округе, Нижневолжском крае, Свердловске.

    Возврат на латинский шрифт возможен, необходим и нужен. Теоретическая, юридическая и научная база этого важного дела имеется. Это основательно показано и в проекте «Татар алфавиты концепциясе» (Концепция татарского алфавита), составленном Халяфом Гардановым. То, что более 600 млн. человек земного шара пользуются латинской графикой, а азербайджанцы, казахи, узбеки, туркмены начали вводить латинскую графику 20-30-х годов, как бы служит стимулирующим фактором.

    Определенной базой, на наш взгляд, может служить и опыт республики 20-30-х годов, ибо принятые меры того времени во многом заслуживают внимания и в наши дни.



    [1] Рәмиев С. Ник буташтыралар икән. - «Идел». - 1912. - 29 май; Курбатов X. Татар теленең алфавит һәм орфография тарихы. - Казан: Татар, кит. нәшр., 1960. – 67 б.

    [2] Национальный архив РТ, ф. 128, оп. 1, д. 5, л. 19 об.

    [3] Новый Восток.- 1929.- № 25.- С. 252.

    [4] II Пленум ВЦК новотюркского алфавита // Новый Восток. - 1928. - № 20-21. - С. 489.

    [5] Красная Татария. - 1924. - 21 авг.

    [6] Открылся III Пленум Всесоюзного Центрального Комитета нового тюркского алфавита // Красная Татария. - 1928. - 19 дек.

    [7] ЦГА ИПД, ф. 15, оп. 2, д. 19, л. 177.

    [8] Научное сообщество татароведения. - 1926. - № 6. - С. 10.

    [9] ЦГА ИПД РТ, ф. 15, оп.2, д.20, л.169-171; Хасанов М. Галимджан Ибрагимов. - Казань: Татар, кн. изд-во, 1969. - С. 337-338.

    [10] ЦГА ИПД РТ, ф. 15, оп. 2, д. 267, л 1-2.

    [11] Там же, д. 272, л 126.

    [12]. Султанбеков Б. История Татарстана: страница секретных архивов. - Казань: Татар, кн. изд-во, 1994. - С. 126-131.

    [13] ЦГА ИПД РТ, ф. 15, оп. 2, д. 472, л. 62-64.

    [14] Национальный архив РТ, ф. 439, оп. 1, д. 29, л. 14.

    [15] ЦГА ИПД РТ, ф. 15, оп. 2, д. 635, л. 15-16, 18.

    [16] Национальный архив РТ, ф. 3610, оп. 1, д. 68, л. 53.


    Институт истории им. Ш.Марджани АН РТНовостиНаукаПубликацииМероприятияТатароведениеПроекты–online ИнформацияКНИЖНЫЙ КИОСККАЛЕНДАРЬ СОБЫТИЙ